Вход

Регистрация
Главная
 
CHUMAZIK 
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 5 из 5«12345
Форум » Тестовый раздел » История » ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ АРТЕМИЯ АРАРАРТСКОГО (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)
ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ АРТЕМИЯ АРАРАРТСКОГО
Джавахк-Арцах-ЕРЕВАНДата: Пятница, 20-Июл-07, 13:45:51 | Сообщение # 61
VIP персона
Группа: Модераторы
Сообщений: 1444
Статус: Offline
Человек запальчивый, не умеющий управлять злыми движениями сердца своего, делается безумным, нестерпимым; отгоняет от себя людей; теряет их уважение; истребляет любовь и расположение к нему других, необходимейшие союзы для каждого во взаимных отношениях общежития; а вместе с тем, так сказать, истощает самого себя. При встречах с таковыми людьми будь воздержан, терпелив и кротостию старайся предупреждать раздражение и запальчивость их, наблюдая только за их намерением, чтоб не подпасть от них какому-либо действительному злу; будь подобен воде, которая все на себе носит, все в себя принимает и угашает пламя. Река, какое бы ни было сделано заграждение, чтоб остановить течение ее, мало-помалу преодолевает все препятствия и открывает себе тот же или другой путь. Ты вступишь в новый свет; может быть, достигнешь благополучно до народов просвещеннейших; будешь находиться там, где есть много мудрых и разумных: старайся искать случаев научаться от утонченных их разумений; но более всякого возможного зла берегись от них тех умствований, которые нечувствительно заводят в разные заблуждения под видом истины христианского учения. Убегай их и не допускай до слуха своего, коль скоро увидишь, что они противны известным основаниям веры и делают превращения по воле разума и по наклонению страстей человеческих. Это такие привидения, которые слабого человека сначала прельщают, а потом погубляют его; и для того старайся употреблять все твое внимание, чтоб разделять пшеницу от плевел. Не желай и не ищи сделаться слишком разумным; но учись быть благорассудительным; будь верен своему закону и старайся утверждаться в вере, которая познается самыми простыми понятиями. Разум, не управляемый ею, есть уже безумие, паче безумия бессловесных. Где будешь находиться, будь усерден, покорен и верен тамошнему государю и постановленным от него властям. Несть власти иже не от бога. Испытавши столько страданий, ты привык почти ко всем трудностям жизни; чтоб не поступать опрометчиво ко вреду себе, благоразумие требует не обольщаться никакими суетными надеждами и даже не желать скорого поправления твоих обстоятельств; но быть терпеливым и приближаться к тому постепенно и путями правильными. Случиться может все: лучше, нежели желаешь, и скорее, нежели ожидаешь; но предоставь все промыслу; будь добрый человек, уповай на бога и верь, что он знает лучше нас доброе наше; мы же часто желаем того, что может послужить ко вреду нашему, и чего мы ни предвидеть, ни предупредить, ни отвратить не в силах. Если же, по милости божией, достигнешь ты до благополучного и довольно во всем состояния, - будь умерен и воздержен от всего; не употреби во зло и ко вреду самому себе благих твоего создателя, а паче не надышайся, не превозносись гордостию, толико противною богу, всем небесным силам и каждому человеку». - За сим помянул он мне и о прочих смертных грехах; подтвердил наблюдение заповедей, и особенно о любви к богу и ближнему; растолковал в подробности все их значения, следствия и воздаяние. Наконец, в заключение сказал мне из псалма: «Удаляйся от зла, твори благо, ищи мира и взыщешь его».

Сей добрый мой наставник вскоре после отъезда моего поставлен был во священники, в каковом сане и поныне проводит жизнь свою с довлеющим благочестием.



 
Джавахк-Арцах-ЕРЕВАНДата: Пятница, 20-Июл-07, 13:46:06 | Сообщение # 62
VIP персона
Группа: Модераторы
Сообщений: 1444
Статус: Offline
Караван поехал по Абаранской дороге чрез Аштарак. Купец приказал своему работнику взять от меня мою ношу и положить на лошадь; я шел с одним только ружьем. Отошедши версты на три от своего селения, я благословил бога, что избавился оттуда, ибо по тогдашнему опасному времени знал, что на такое расстояние преследовать меня не будут. Караван остановился в Георгиевском монастыре, где я жил у Карапета. Аштаракские жители также выбирались в свои пещеры, находящиеся в неприступных каменных высотах реки Карпи, или, яснее сказать, в боках пропасти, по которой течет оная река при Аштараке. В пещеры сии не иначе можно входить, как по веревкам на блоках и точно так, как обыкновенно штукатурят и красят большие дома, поднимая штукатура на веревке в ящике. Между тем человек по десяти и более назначаются посуточно в селении быть караульными; наведываться по окрестностям от проезжающих или проходящих о обстоятельствах и примечать за нашествием неприятеля. - Из числа сих караульных случилось быть одному молодому аштаракцу, которого я учил грамоте. Он был из хорошей фамилии и малый не дурак. Пришедши к нам в монастырь с прочими узнать, что делается и что слышно в Ериване или у нас, известно ли о неприятеле и прочее, он рад был нашему свиданию, расспрашивал о моих обстоятельствах и о намерении, куда хочу ехать. На другой день обещал принести мне из селения несколько провизии на дорогу. Я считал себя совершенно уже свободным и отнюдь не воображал повстречаться с кем-либо из нашего селения, как на другой день вдруг появился мой брат в числе десяти человек. Они за сто рублей взялись проводить одного отставшего от нашего каравана купца и настигли нас в монастыре; но мой брат сказал мне, что он приехал собственно только за мною, и потому упрашивал и требовал, чтоб я возвратился с ним в селение. Я, напротив того, убеждал его оставить меня с покоем, не возвращать опять к мучениям и не срамить в караване как беглеца; но он хотел непременно, чтоб я исполнил его требование. После сего не оставалось мне ничего более, как дождаться моего аштаракского приятеля, и нарочно стерег, чтоб поговорить с ним наедине. Не прошло часа, как он приехал с обещанною провизиею. Я встретил его за монастырем, уведомил о приезде брата, моего требовании и просил, чтоб он в доказательство дружбы своей постарался меня выручить из сих хлопот и избавил бы от брата. Друг мой охотно за сие взялся, поскакал обратно в свое селение и, подговорив наперед человек до тридцати удальцов, своих товарищей, вступился потом за меня и уговаривал брата оставить меня в покое, представляя ему, что он из одной только прихоти хочет подвергнуть меня стыду и возвратить к страданиям. Я также говорил ему, что еду на чужую сторону не с тем, чтоб забыть его и мать нашу, но с тем, что если буду благополучен, то все свои приобретения разделить с ними и успокоить их. Но брат, не зная и не ожидая того, что мною приняты решительные меры, упорствовал в своем требовании и не убеждался никакими резонами. Тогда аштаракский мой друг сказал ему: «Ну так послушай же: когда ты не хочешь согласиться на то по доброй воле, так после не пеняй, если мы обратимся к другим средствам. Пусть брат с тобою возвратится; но он недалеко уйдет от монастыря; вас только десять человек, а у нас готово тридцать; мы на вас нападем, изрубим всех в куски и дадим ему свободу ехать туда, куда хочет». - Брат мой увидел тогда свою слабость, безумие и удовольствовался только укоризнами, что я обманул его, присоветовав ему жениться, и, обещавшись сделать то же, теперь оставляю его одного. Я старался его утешить всевозможными уверениями о моей любви, непременном усердии и с тем распрощался. Но благодаря усердного моего друга за важную его услугу, обещал ему при случае, если буду в состоянии, доказать мою благодарность также самим делом.

Караван наш пробыл в монастыре трои сутки, разведывая о безопасности пути. На четвертый день, следуя по берегу реки Карпи, вступили мы на подошву Аракатской горы с северной стороны и остановились провести там ночь близ старинного монастыря Кенац-Пайта (живоносного древа). Монастырь сей построен по случаю принесения туда части живоносного древа креста господня. Он называется также Сагмоса-Ванк, что значит псалтырный монастырь: ибо псалтырь читается в нем день и ночь. Оное древо производило такие чудеса, что когда выносимо было на поле, то находящиеся на нем змеи бежали от лица его и делались слепыми; ныне же в том месте хотя и водятся змеи, но никакого вреда не причиняют. -



 
Джавахк-Арцах-ЕРЕВАНДата: Пятница, 20-Июл-07, 13:46:41 | Сообщение # 63
VIP персона
Группа: Модераторы
Сообщений: 1444
Статус: Offline
Наутро дошли мы до того самого места, которое называется Амаран, что значит летнее место. Оно идет на весьма большое пространство, почти ровною долиною; и повсюду имеет превосходную траву и ключи. Отменно приятный воздух его прохлаждает путешественника; подкрепляет изнуренные его силы и вливает в чувства некоторую особенную отраду.

Здесь увидели мы в некотором от нас расстоянии человек до ста вооруженных. Приметя, что они, разделясь на две партии, хотели напасть на нас с двух сторон, тотчас остановились; сняли вьюки и, как обыкновенно водится, сделали из них род батарей; лошадей поставили в средину и начали стрелять. Хищники, увидев сильное сопротивление, хотя и оставили нас, но мы принуждены были пробыть тут до другого дня и употребить это время на прилежнейшие разведывания по окрестностям, чтоб нечаянно не встретиться еще с подобною толпою, засевшею в каком ни есть закрытом месте. - Наутро пустились опять в путь и шли с такою же осторожностию. Пред вечером увидели в правой руке довольно большой лагерь, расположенный в низкой долине, при котором находилось много верблюдов и быков, лошадей и несколько баранов; почему и заключили, что это семейства какого-нибудь целого селения, укрывающиеся от опасностей военного времени. Остановясь провести тут ночь, караванщики послали в лагерь просить для себя какой-нибудь пищи, и узнали, что это были жители Нахичеванской области, из селения Гара-дага (черная гора), следовавшие для укрытия себя в Шуракал, укрепленное место турецкого владения. Часть из них были армяне, а более персияне. - От них принесли к нам кислого молока, сыру и хлебов. - Между тем подъехали к каравану нашему с другой стороны несколько человек и говорили с купцами по-грузински. Я хотя не знал по-грузински, но в разговоре заметил слово джашуш, которое значит шпион. По движениям наших купцов мог я заключить, что они уведомляли тех шпионов о нахичеванцах, а услышав имя их предводителя, догадался, что он по тогдашним обстоятельствам ищет также кого-нибудь разбить из не принадлежащих к подданству Грузии и что бедные нахичеванцы, снабдившие нас пищею, непременно должны быть разбиты и ограблены; почему я решился каким-нибудь образом уведомить их о сей опасности. В караване нашем находился еще другой подобный мне путешественник, молодой человек из деревни Плур, с которым я познакомился уже на дороге. Открыв ему мое замечание, нашел его не меньше готовым употребить себя на спасение невинных людей; я научил его как можно скрытнее сходить в лагерь и уведомить путешественников о предстоящей им опасности. Он принял сию комиссию охотно и тотчас ее исполнил. Упомянутый предводитель находился тогда с пятьюстами человек в Памбакацоре, на два дня ходу от того места, где мы стояли; и потому нахичеванцы, предуведомленные об опасности, для спасения себя успели уклониться к Еривану как ближайшему для того месту. В следующие два дня достигли мы до Памбакацора без всяких приключений и узнали, что предводитель уже выехал для своей добычи; но, сведав, что путешественники удалились под Ериван, не посмел туда их преследовать и возвратился на свое место. К несчастию, он застал нас в Памбакацоре, и неудача его стоила жизни несчастному плурцу, ибо предводитель в рассуждении сего прямо обратился с подозрением на наш караван. Купцы и их работники не могли сего сделать как грузинские подданные; я находился безотлучно с тем, кому был поручен, и потому все указали на бедного плурца. Предводитель, не спрашивая признания, прямо приказал убить его, что подданные его тотчас и исполнили. Между тем как его били чем и по чему ни попало, я объят был смертным страхом и возносился к богу всею моею душою, ожидая равной участи, когда плурец укажет на меня как на главного виновника того дела, за которое приказано лишить его жизни; но он, решившись великодушно принять все мучения и умереть один, не подал никакого к тому вида. Ему размозжили голову и раздробили руки, ноги и все члены. - Я чувствовал ужасное терзание в моей совести, видя себя единственным виновником мученической смерти сего несчастного человека. В утешение себя и в оправдание своей совести в сем случае приводил только то, что в действии его заключалось общее наше доброе намерение спасти от рук злодеев множество невинных жертв и что я никак не мог предвидеть столь пагубных для него следствий, от коих спасло меня самого чудесное его терпение. -



 
Джавахк-Арцах-ЕРЕВАНДата: Пятница, 20-Июл-07, 13:47:22 | Сообщение # 64
VIP персона
Группа: Модераторы
Сообщений: 1444
Статус: Offline
Предводитель имел причину нападать на гарадагцев нахичеванских за то, что они искали себе убежища не в Грузии, а шли для того в Турцию. Но гарадагцы поступили благоразумнее и выбрали лучшее место к своему спасению, ибо мы, выехавши из Памбакацора на степь, в продолжение двух дней были на каждом шагу свидетелями плачевнейшего позорища. Жители областей Карабагской, Ериванской, Нахичеванской и других мест, христиане и магометане, коль скоро узнали, что шах, государь их, идет войною на Ериван, избегая разорений, сопряженных с насилиями различного рода при проходе войск, уклонились со всем имуществом и скотом в пределы Грузии, надеясь иметь там спокойное пристанище, быв притом уверены, что шах не одолеет грузинского царства. Но они в том ошиблись. Преселясь на сии степи, они тотчас встретили недостаток в хлебе, чего вовсе не предполагали; истощивши на покупку оного самою дорогою ценою все деньги в короткое время, принуждены были платить грузинам за три фунта хлеба овцу, а за лидер, или 10 фунтов, лошадь, а наконец отдавали и последнее свое платье. Но сего не довольно: грузины, чего не успели лишить их таким образом, то отняли у них силою, и даже весьма многих из них обобрали совсем, т. е. сняли рубахи и оставили нагих. Таковыми бедствиями доведенные до отчаяния, томимые голодом и обнаженные, отдавались они тамошним богатым грузинам в рабство лишь бы только избавиться голодной смерти. Многие из них, помершие от такового бедствия, валялись по полям непогребенными, ибо у сих пришельцев не было лопаток, чтоб зарыть в землю умерших собратий своих, от чего самый воздух на всем пространстве двухдневного пути нашего так сделался тяжел, что мы едва могли переносить его. По всему вероятно, что грузинцы приняли сих несчастных под свое покровительство и поступали с ними таким образом с тем намерением, чтоб, доведя их до возможной степени крайности, не только имение, но и самих их сделать своею собственностию, в чем и успели. Пройдя сие плачевное позорище под конец другого дня по выходе из Памбакацора остановились на ночь в нескольких верстах от того места, где наутро надлежало нам спускаться с горы и на котором находится густой и огромный лес. По опасности сего места мы отправились наутро весьма рано. Быв же уведомлены, что лезгинцы за несколько пред тем часов разбили и ограбили один купеческий караван, мы, для устрашения разбойников стараясь показать большее число людей, нежели сколько нас было, кричали и пели разными голосами, стреляли из ружей и пистолетов; а между тем навьюченных товарами лошадей понуждали идти как можно скорее. Таким образом, объятые страхом, шли мы около четырех часов по весьма узкой тропинке, не встретив нигде никакой лощинки, на которой можно бы было распорядиться и поставить себя в оборонительное положение. Напоследок, спустясь к небольшой речке, прошли чрез нее по мосту и опять поднялись в гору. Здесь также находился лес, но только редкий, а кустарники были довольно густы, и потому большая опасность наша миновалась не прежде, как выбрались на ровное место; коим пройдя еще около трех верст, остановились для отдохновения и корма лошадей. Снявши с них вьюки, пустили на траву; но здесь встретили других неприятелей - больших мух, которые жалили лошадей наших столь сильно, что там, где укусят, тогда же выступала кровь. Мы как скоро их завидели, тотчас закрылись; но лошади не находили от них никакого спасения; злые насекомые не допустили их даже отведать находившейся тут в изобилии весьма хорошей травы. Почему купцы принужденными нашлись опять их навьючить и идти далее.


 
Джавахк-Арцах-ЕРЕВАНДата: Пятница, 20-Июл-07, 13:47:39 | Сообщение # 65
VIP персона
Группа: Модераторы
Сообщений: 1444
Статус: Offline
Пройдя еще по крайней мере верст до пяти, напоследок пришли на прекрасное место, где трава была густая и высокая. Что ж касается до воды, то во всех тамошних местах ключей и источников везде весьма довольно. На сем месте мы провели ночь и, собравшись с силами, в коих изнурены были до крайности, особенно последним днем, в следующий день пришли к реке Нахетур, которая стояла тогда в полной воде, как думать надобно от стечения в нее с возвышенных мест дождевой воды. В караване нашем не было ни одного, который бы знал хорошенько положение сей реки, чтоб найти брод. Всяк искал для себя, где бы выгоднее переправиться, от чего произошло то, что лошади в ином месте плыли, а в другом хотя и шли, но так глубоко, что все вьюки подмокли. Почему должно было на другом берегу разобрать и пересушить почти все товары, большая половина дня прошла в сей работе, и караван остался тут ночевать. На другой день пришли в большое и весьма изрядное селение Коду, откуда купцы по тяжести каравана отправили его по степной Соганлугской дороге, а сами налегке переправились прямо чрез гору и к вечеру прибыли в Тифлис.


 
Форум » Тестовый раздел » История » ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ АРТЕМИЯ АРАРАРТСКОГО (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)
Страница 5 из 5«12345
Поиск:


Copyright MyCorp © 2017
Сайт создан в системе uCoz